Блог
Как ни банально, но рано или поздно все заканчивается. Подходит к завершению и наш полет. Для Дага, Шеннон и меня - суетные дни по подготовке к возвращению. Для нас - радостные. Для Александра, Олега и Скотта – обычные рабочие будни, да еще и связанные с нашими хлопотами и сборами. На них запланировано много задач по подготовке различных грузов к возвращению – пробы воды, микрофлора станции, результаты экспериментов… Многое. Одно слово – суета. Космическая. И вспомнилось, как улетал экипаж Александра Скворцова.
«Он улетел! Но обещал вернуться…»
 «…мы все немного поволновались из-за неисправности стыковочного узла. Впрочем, никто ни на секунду не сомневался, что профессионализм космонавтов и сотрудников ЦУПа позволит решить задачи любой сложности, что вы и продемонстрировали. Поздравляем ребят с успешным возвращением! А к Вам вопрос: расскажите подробнее, что произошло, может быть, и фотографию той самой шестеренки покажете?»
Адольфо Мансилья

«Уважаемый Федор, во время отстыковки «Союза» Вам и Вашим коллегам пришлось пережить немало сложных минут, но, к счастью, команда блестяще справилась с испытанием. Мы гордимся вами и от всей души желаем, чтобы в будущем все полеты проходили идеально. Что чувствует космонавт в нештатной ситуации? Есть ли особые «космические» методы для борьбы со стрессом?»

Об этом хотелось написать сразу же, по горячим следам. Очень непростые сутки выдались для всех нас. И для ребят в «Союзе», и для нас, на станции. Но особенно для ЦУПа. Почему? Владимир Алексеевич Соловьев, первый заместитель генерального конструктора РКК «Энергия», руководитель полета российского сегмента МКС, летчик-космонавт, дважды Герой Советского Союза, как правило, выходит на экипаж в трех случаях. Первый – поздравляет или напутствует экипаж после или перед ответственными операциями. Например – после выведения, стыковки, перед спуском. Сюда же можно отнести и праздники, дни рождения. Во-вторых, если на борту происходит экстраординарная ситуация. Как мы говорим – нештатка, и очень серьезная. Про третий случай рассказывать не буду. У нас его не было и, надеюсь, не будет. В ночь с 23 на 24 сентября Владимир Алексеевич выходил на нас дважды.
А все начиналось задолго до этой ночи. Ребята готовились к спуску, четко по графику. И загрузка корабля, и последние эксперименты, тренировки, как медицинские, так и по программе спуска. Вечер перед расстыковкой словно спрессован. Укладка срочных грузов. Как правило, это результаты биотехнологических экспериментов, которые в первую очередь необходимо достать из спускаемого аппарата на Земле и передать науке. Мне повезло работать с дрозофилами. Мы, как завороженные, стояли и смотрели на эти маленькие создания. Удалось даже быстро сфотографировать контейнеры. После укладки грузов - доклад Александра Скворцова, командира экипажа, Земле о готовности корабля к спуску. Есть запас порядка 30 минут, когда мы все собрались вместе. На нас вышел ЦУП и Владимир Алексеевич очень тепло поблагодарил ребят за проделанную работу и сказал несколько слов о предстоящем спуске. После чего перебрались в модуль «Поиск», обнялись и приступили к процедуре закрывания люков. Саша закрыл люк корабля «Союз», я закрыл станционный. Земля дала добро на проверку герметичности. Все шло штатно. Мы, те, кто остался на станции, прислушивались к переговорам «Утёсов» с ЦУПом. Все как всегда, пока Земля не сообщила о том, что один из датчиков на станции не сработал. Следовательно, нет обобщенной команды разрешающей расстыковку. Необходимо проверить станционный люк. Проверки, повторные открытие и закрытие люка не помогли. А время поджимает. Станция упорно держит корабль в своих объятиях. На связь с нами вышел руководитель полета. И ты понимаешь - ситуация очень и очень серьезная. По пустякам Владимир Алексеевич экипаж не тревожит. Его четкие указания и спокойствие передались нам. И тут же заработал багаж знаний и тренировок, полученных в ЦПК, опыт, приобретенный в предыдущих полетах. Связь с ЦУПом четкая, лаконичная. Параллельно работают и ребята на «Союзе». При этом никакого хаоса. Ведь ты понимаешь, внизу, на Земле, лучшие специалисты решают эту головоломку, изыскивают пути выхода из этой нештатной ситуации. Александру Скворцову и его экипажу передали решение о переносе стыковки на резервный виток и они продолжают работу со стороны «Союза». Для меня - новое задание. Снять кожух привода крышки. Даг и Шеннон сзади, помогают. Демонтированы панели, добрался до последнего винта, удерживающего кожух, снимаю… И успеваю заметить, как небольшой предмет, похожий на звездочку, буквально в мгновение исчезает за кожухом механизма закрытия крышки люка. Тут же сообщаю об этом Земле. Это мог быть и посторонний предмет. Иногда такое случается. Не все удерживается в руках. Потом собираем на сетках вентиляторов. Но где-то внутри засела заноза – вот она, разгадка. Везение продолжалось. Удалось его обнаружить и с помощью магнитной отвертки и намотанной проволоки буквально выудить. Это оказалась та самая шестерёнка. Дальше фото на Землю. А ЦУП уже летит вперед, он уже знает, что делать дальше, у него уже готово решение. Еще чуть-чуть. Жаль, нам немножко не хватило времени.
А дальше – перенос расстыковки на сутки. В который раз за этот вечер-ночь открываю станционный люк. Ребята открывают свой. Первым вплывает Михаил. И я кричу ему – «Он улетел! Но обещал вернуться…» Смеемся. К смеху присоединяется и Александр и даже не понимающие значения этой фразы Трейси, Даг и Шеннон.
За неделю-другую до расстыковки, на нашей кухне, за чаем, я предложил ребятам – оставайтесь, пофотографируем, поработаем еще. Михаил ответил – домой, так домой. На что я и произнес фразу, ставшую заглавием. Конечно, не так душевно, как Фаина Георгиевна. И все же, смеху хватало.
Ну, а дальше – опять работа. Михаил быстро занимается биотехнологией. Надо спасать результаты для науки. Все в холодильник, срочно! А мы с Александром под руководством ЦУПа продолжаем работать над нештатной. Спокойно, четко. Головоломка решена. Крюки открыты. Завтра у ребят все будет замечательно.
На следующий день после закрытия люка я сказал – «Все! Больше люк я открывать не буду». А дальше все было штатно... И Владимир Алексеевич выходил на связь только один раз.
Хочется сказать несколько слов о ребятах, об Александре, Михаиле и Трейси. Уже мысленно быть на Земле, родные, друзья… И вдруг – еще одна ночь на станции. Вы знаете, ни капли раздражения или недовольства в них я не заметил. В очередной раз показали себя профессионалами.
А ЦУП Хьюстона устроил для нас прямую трансляцию с места посадки. И мы вместе со многими на Земле наблюдали практически все этапы возвращения «Утесов» на Землю. И очень захотелось огурчиков.
А Шеннон так, невзначай, спросила насчет наших крюков. И обрадовалась, когда узнала, что на нашем стыковочном узле со стороны станции крюки открыты.
 
«Я говорю вам – До свидания!»
Моя последняя заметка. Всем, кто посещал блог, кто отзывался – огромное спасибо. Спасибо за общение. Спасибо всем тем, кто организовал и поддерживал блог, помогал мне. По возвращению обязательно сам зайду на него и погляжу. Ведь любопытно, как все выглядело. Надеюсь, в скором будущем  на нашем сегменте будет интернет и ребятам будет легче общаться. И оперативней. До свидания и С НОВЫМ ГОДОМ!
 
«Дорога домой»
Остались считанные часы на станции. Я не задаю себе вопрос, вернусь ли я сюда еще раз. Меня ожидает главная дорога жизни – Дорога домой!
 
С уважением, Ф.Юрчихин

ЕСТЬ ПОСАДКА!