Интервью
Космонавта Федора Юрчихина могут считать «своим» и русские, и греки, и аджарцы. Мама Федора Николаевича – гречанка, вырос он в Батуми, а космонавтом стал в России, и сейчас, наверное, самые родные его места – Звездный городок и Москва-матушка.
Батумские дворы

Когда учительница спросила маленького Федю, кем он хочет стать, когда вырастет, мальчик ответил: «Вратарем!» Учительница удивилась: разве это профессия? «Ну, тогда космонавтом!» – не растерялся Федор. Спустя много лет бывшие одноклассники станут вспоминать этот ответ и, ясное дело, утверждать, что всегда верили в звездное будущее Феди. Но мало ли мальчиков мечтают стать космонавтами?
Его детство прошло в Батуми между морем и горами. В каждом дворе почти полный интернационал, все вместе – аджарцы, русские, грузины, армяне, поляки, украинцы, греки… Никто и не замечал национальности соседа, ценились человеческие качества. Если дрались, то двор на двор, без учета происхождения. А в праздники шли рядом, бок о бок, с шарами, цветами и флагами. Как ни удивительно, но именно таким красочным праздником запомнился Федору один апрельский день, когда отец посадил его на плечи, и они влились в ликующую толпу: в космос полетел первый человек – наш Юрий Гагарин! Было Феде тогда два года.
…В начале XX века деды и прадеды Федора и многих других греков, спасаясь от турок, взяли курс в сторону России. Многие нашли убежище в православной Грузии, в Аджарии, ставшей им второй родиной. Там родилась и мать Федора Микрула Софоклиевна.
И поныне Федор Юрчихин не устает удивляться оптимизму греков, их стремлению к человеческому общению. Малограмотный его отец, не доучившийся из-за войны, без особых проблем говорил на пяти языках. А как иначе столковаться с друзьями и соседями?
Федор Николаевич многое бы отдал, чтобы вернуть те теплые соседские отношения между людьми и народами, без вопиющего расслоения общества и этнических конфликтов. Но они остались там, в его советском детстве. И это главная ассоциация со словом «родина». О ней космонавт говорит так:
– У Шукшина есть замечательные слова, смысл которых таков. Родина большая – это та, которой служишь, малая – в твоей душе и воспоминаниях. Закрываешь глаза, вспоминаешь картины детства, и на сердце становится тепло, а все плохое уходит, появляются новые силы. Для меня малая родина – это Батуми, улочки моего района, двор, речка, в которой мы ловили форель. А большая – конечно же Россия, которой я служил и буду служить.

Хорошо ли, когда никому не должен?

В 90-х годах Федор Юрчихин готовился к первому полету в космос, а перед его родителями стоял вопрос об отъезде из Аджарии. Тогда у многих людей, не представлявших титульную нацию, возникла такая проблема. Решиться было сложно, пытались несколько раз, да все возвращались в родной Батуми. Но уже не было СССР, уехали многие соседи и друзья, любимый город становился другим.
Брат Федора Панайот, пытаясь не потеряться в жизни, отправился в Грецию. И прижился на земле предков, потом перевез жену и детей. Родители попробовали обосноваться у Федора в Подмосковье. Но за окном подолгу лежал снег – такая редкость в Батуми, – и они мерзли даже в жаркой квартире. Не было моря и чаепитий с соседями во дворе. А в Греции, недалеко от Салоников, уже жили младший сын с женой и тремя детьми, сестры, братья, бывшие соседки. Греческая речь перемешивалась с русской, на улице то и дело встречались вывески «Шубы» или «Магазин «Москва». Но все же это была не Россия. И родители снова возвращались, но недавно, как сказал мне Федор, похоже, все-таки сделали окончательный выбор в пользу теплой и гостеприимной Греции.
После первого полета Федор Юрчихин и сам поехал в Грецию навестить родных. Его всюду встречали как героя. И все удивлялись, почему это он не был на Луне. Многие греки искренне считали, что все полеты в космос – это непременно к Луне. Федор не стал особенно никого переубеждать. Другое время! Кто теперь особенно интересуется историей космонавтики?
Но все же связь обеих стран чувствовалась им, русопонтом (как он, смеясь, называет себя сам, имея в виду помесь понтийца и русского), постоянно. Первый президент Греции был воспитанником российского царского двора, по сути его ставленником. И во Вторую мировую войну греки внесли свой вклад.
– Мало кто знает, что Гитлер напал на Советский Союз позже именно благодаря сопротивлению греков итальянцам. Ведь по плану Гитлер, чтобы отрезать Турцию, должен был с союзниками завоевать Грецию. Гитлер завоевал Европу за 45 дней. Покорение Греции поручили Италии. И она споткнулась в противостоянии слабой – без артиллерии, танков и авиации – Греции. Три месяца воевали – и ничего. До самого прихода немецких войск… Как все переплетено: мы им помогали, они нам! Хорошо, если бы такой переплет охватывал все страны и каждый кому-то был по-хорошему должен или нужен, – рассуждает Федор Николаевич. – Недавно читал записки Армена Джигарханяна. Запомнилась фраза: «Со временем я понял, что хочу быть нужен и хочу в ком-то нуждаться». Не наоборот, как говорят: «Никому не должен – и это хорошо»…

Звонок из космоса

– Москва, по-вашему, не модель такого переплетения людей, миров, национальностей? – спрашиваю я космонавта.
– Москва в первую очередь все же не город для общения, а огромный деловой центр. Во многих ли городах встретишь понятие «спальные районы»? В Москве чувствуешь локоть ближнего, но от этого иногда только искры… В Москве сложнее, чем в маленьких городах. Здесь нелегко сохранить самого себя, тут огромное количество индивидуальностей и многообразие всего. Это нормально. Как важно и то, что создается такая атмосфера, когда человека ценят не за его национальность. А за умение дело делать, других уважать…
Федор Николаевич говорит, что в Москве, как и в жизни вообще, ему везло на хороших людей. Хотя и к «негативному» общению относится мудро – все-таки опыт. А главное – у космонавта Юрчихина всегда имелась мечта. Мечта о космонавтике определила выбор школы и физико-математического класса, а позже – Московского авиационного института. Внимательно изучались биографии космонавтов, делался выбор между профессией военного и гражданского летчика.
Впрочем, сам Федор Юрчихин не считает стремление достичь намеченной цели главным в жизни. Дорога к цели куда значимее. Важно всё: какое ты выберешь направление, как будешь двигаться и как изменишься за время пути. А цель – это всего лишь одна из остановок на этой дороге. Самое главное – не ошибиться в выборе. Что ж, он истинный грек: не спринтер, а марафонец.
…Каждый космонавт имеет право взять с собой в космос немножко дорогих вещей. Федор Юрчихин взял в 2002 году на американский «Атлантис» российский и греческий флаги, вымпелы института и родного предприятия. Полет ведь принадлежит не только ему, а и его родителям, друзьям, учителям. И хорошо бы отдать им долг таким способом. Совсем скоро космонавт отправится в космос вновь, на целых полгода. Позвонит, как и тогда, в 2002 году, маме. И в космосе зазвучит греческая речь. А потом свяжется с женой и дочками по их московскому номеру. И будет говорить по-русски. Все переплетено…

Источник: Собеседник.ру

ЕСТЬ ПОСАДКА!